Бездушные  - Каролина Бринкманн

Прошло время, и подруги наконец смогли более-менее свободно гулять по Черному Панцирю. Невозможно было осмотреть все укрепление, но они уже видели тренировочные комнаты и школы для рекрутов. Садов здесь, правда, совсем не было. По крайней мере, не было настоящих, с цветами. Были только черные скульптуры, похожие на деревья. В остальном в округе старались воздержаться от декорирования предметов и помещений. Все здесь было исключительно функциональным. И черным.

– Тут и не должно быть красиво. Иначе это бы просто отвлекало нас, – объяснял Найф, который постоянно их сопровождал.

– А зачем тут все черное? – спросила Роза. – Чтобы легче было впасть в депрессию?

– Психические заболевания могут стать причиной пометки о функциональном расстройстве. Таким образом, если ты болеешь, тебя просто исключают из часовых.

– И как часто вас исключают? – девочка подняла одну бровь.

– Ну…

– С яркими стенами и цветами вам было бы проще здесь жить, – уверенно сообщила Роза. – Мне уже сейчас кажется, что стены давят на меня.

Найф рассказал, что сейчас в укреплении очень мало людей, потому что большинство солдат сейчас на службе. Одни находятся на западе, пытаясь удержать проклятых, другие же – в Авентине. Они прочесывают дома и рыскают под землей в поисках спринтеров.

Каждый, кто подозревается в содействии Шипам, заключается под стражу. Слухачи, направленные к повстанцам государством, получают свои награды.

Каждый день Рейна и Роза приходили к Ларку, но после того случая им разрешали смотреть на него только через ТехДек. Рейна знала, что Розе было тяжело: девочка каждую ночь плакала во сне, хотя и была очень смелой и сильной. Самое печальное в этом было то, что она никак не могла ей помочь, и это чувство беспомощности пожирало ее. Они могли только сидеть и ждать, пока Амигдала хоть что-то им разрешит.

Чаще всего Роза с Рейной спали в одной кровати, а Кассиопей захватил вторую.

Но наступил день, когда Авентин снова стал безопасным городом. Им пора было возвращаться. Они сложили свои вещи и последовали за Найфом в планер, который собирался доставить их домой. Рейна сидела рядом с отцом, а Роза с Найфом сели позади них.

– Что будет дальше? – спросила она.

– Ты и Кассиан. Будет ваш праздник, – Тиберий одарил ее улыбкой гордого отца. – Вы стали символами освобождения. Только вы сможете отвлечь людей в это тяжелое военное время, – он указал на окно, и Рейна видела беженцев, которые направлялись в столицу из Зеленого округа. Она знала, что многие граждане решили поддержать часовых: этих людей можно было узнать по яркой форме, соответствующей цвету их округа. Наверное, узнать их можно было еще по тому, что они никогда не держали оружие в руках.

Чем ближе они подбирались к Авентину, тем больше новых заборов и барьеров они видели. Дроны и часовые построили новую защитную стену вокруг столицы.

– Знаешь ли ты, что мужчина моей мечты, Кассиан, шпионил за мной по приказу своего отца? – спросила Рейна, когда они сидели в планере. – Он записал все на видео. С помощью своей маленькой брошки.

– Да, – сказал Тиберий. – Эвстахий не особенно изобретателен в этом плане: использовал тот же самый предсказуемый трюк, как и в случае с Крисаором. Я даже расстроился.

– То есть ты знал об этом?

– Я знал, что ты убедишь его не делать этого, – отец одарил ее доброй улыбкой, которую девушка с радостью бы исправила кулаком. – И я был прав. Кассиан не идиот. Он на твоей стороне. Ты же видишь, как люди любят вас. Сладкая парочка – вот в чем сейчас нуждается этот мир.

– Мы не любим друг друга.

– Конечно нет, дочка, – вздохнул Тиберий. – Мы оба знаем, кому принадлежит твое сердце, но здесь дело не в чувствах, а в политике. Сильная смелая пара, с которой можно брать пример. У нас в стране таких больше нет. Но эти чертовы проклятые помогут нашему народу снова воссоединиться, – его глаза засияли.

– Ты как будто бы одобряешь войну.